Search

The Aristocracy of Talent


Равные возможности, справедливость, вознаграждение по заслугам, предсказуемый карьерный рост, отсутствие стеклянных потолков, социальная мобильность… Все это - качества, которые мы ожидаем от нашей жизни и отсутствие которых в какой-то мере делает нас менее счастливыми. А ведь так было не всегда. Книга The Aristocracy of Talent: How Meritocracy Made the Modern World – это попытка по-новому взглянуть на то, как сегодня действует принцип меритократии в разных странах мира. 2021-м году эта книга вошла в шорт-лист Financial Times и многие читатели считают её одной из самых сильных из исследований, посвященных социальной мобильности. Здесь я привожу основные идеи из этой книги, которые мне показались наиболее интересными:


• За последние 50 лет мы наблюдаем существенный рост влияния образования, которое получил ребёнок, на его дальнейшее карьерный путь. Например, в настоящее время выпускник колледжа в Соединенных Штатах Америки получает на 63% больше, чем выпускник Highschool. И это диспропорция выросла в два раза за последние 40 лет. То есть чем лучше образование – тем существенно выше заработная плата.


• Наиболее образованные собираются в отдельных агломерациях, где образуется крупный бизнес. Например, в настоящее время только 10% жителей Детройта имеют учёную степень выпускника колледжа, в то время как в Сан-Франциско, в Бостоне, в Нью-Йорке и в Вашингтоне этот показатель равен 50%. Очевидно, что последнем случае мы имеем гораздо более высокий уровень дохода населения.


• Но чтобы попасть во все более узкое горлышко высококлассных работодателей, нужно окончить все более сложно доступные университеты. Такие, как Оксфорд и Кэмбридж. В свою очередь, эти школы набирают учеников из ограниченного круга образовательных учреждений, в результате чего восемь элитных школ Великобритании дают студентов в Оксфорд и в Кэмбридж в большем количестве, чем 3000 государственных школ этой страны вместе взятых. Если же говорить про социальное происхождение студентов этих престижных высших учебных заведений, то число студентов, выросших в семьях, составляющих 1% самых богатых семей страны, превышает число студентов из 50% семей Великобритании, имеющих более низкие доходы.


• Основным источником нового богатства становится не наследство, не земельные наделы, а сочетание экспертизы, связей, образования, определённого карьерного маршрута в определённых компаниях, а также того, что называется мягкими навыками – умения коммуницировать с другими людьми. При правильном сочетание этих качеств и обстоятельств, человек выделяется и становится богатым.


• Новая меритократия предполагает активную работу. По исследованиям, примерно половина домохозяйств из 1% самых богатых включает в себя людей, которые работают более 50 часов в неделю. Это коренным образом отличается от поведения аристократии прошлых веков. Когда самые богатые демонстративно не работали, избегали физического труда, и даже их одежда – длинные платья, масса украшений – делали эту работу физически невозможной.


• Другим отличием сегодняшних реалий от того, что было ещё всего два – три века назад, является поощрение социальной мобильности. Сегодня способность перемещаться между разными социальными стратами, географиями, признается явным благом. В прошлом же наиболее состоятельный класс был заинтересован в фиксации статус-кво и это у него хорошо получалось. Как говорил святой Августин, амбиции – главный враг хорошего. В свою очередь, Макиавелли определял амбиции как фурию, которая призвана лишить нас мира и ввергнуть в войну


• Ещё пару веков назад публичные должности государственной службы европейских стран продавались. Так было во Франции, в Англии. Например, в 1832-м году один лорд заплатил более 35 000 £ за то, чтобы занять должность лейтенанта армии, в то время как в рекламе этой должности была обозначена цена 6000 £. Как ни странно, это не мешало в то время английской армии быть самой влиятельной на планете


• Идеи меритократии известны нам ещё от Платона по его Республике. В своей теории он разделил людей на три группы: люди золота, люди серебра и люди бронзы. В зависимости от генетической одарённости, люди должны относиться к одной из этих трёх групп, и соответственно занимать достойные им должности, Причём независимо от пола. По идее Платона, государства должны управляться философами – наиболее умными людьми. Общество должна создать класс управленцев, которые “выйдут из тяни на солнце” и будут управлять, действуя в интересах всеобщего благоденствия


• В каком-то виде эта идея была реализована в Китае. Благодаря жёсткой системе отбора наиболее талантливых детей, единых экзаменов, охватывающих всю страну, Китая обеспечил регенерацию правящего класса, Так, что на протяжении семи веков до 1904 г. высокопоставленными государственными служащими на треть становились выходцы из семей, три поколения которых до этого не выходили в этот привилегированный слой. То есть в течение семи веков элита Китая постоянно обновлялась и не замыкалась внутри


• Но, конечно, у таких жёстких экзаменов есть и обратная сторона: часть людей их не может пройти. И тогда миллионы китайцев в принципе теряли шанс войти в управленческую элиту и, даже умея хорошо читать, писать, зная историю, становились элитой второго уровня – учителями, юристами, нотариусами


• Экзаменационная система , фильтрующая выпускников школ Китая перед их поступлением в ВУЗы, как и многое в Китае, достаточно радикальна. Письменные задания, выполняемые в течение девяти часов два дня подряд, тестирование школьников на знание Английского, Мандарин, математики, STEM или искусства - все это предопределяет, в какой университет сможет ( и сможет ли) поступить школьник, на какой курс. А далее, неизбежно, на какую работу его примут, сколько он будет заработать, какое место в сложное иерархии Китая он займёт. Как результат, в частности, у 40 процентов студентов в Китае развита близорукость, что в два раза больше, чем в 2000 году.


• Однако сегодня и Китай не являет собой пример меритократия. Практика покупки государственных должностей и пожертвований в фонды университетов для поступления в них детей состоятельных китайцев стала повсеместной и отчасти дискредитирует жестокую систему селекции государственной элиты.


• Другая выдающаяся нация меритократии – это евреи. Маркс, Фрейд, Эйнштейн, 14 лауреатов Нобелевской премии в течение первой половины 20-го века, и 29% – во второй половине, 51% лауреатов всемирной премии по физике, 28% лауреатов премии Макса Планка по математике, 37% премии по математической физики, 53% лауреатов премии Ферме – это люди еврейского происхождения. С 1882 года почти половина гроссмейстеров по шахматам были евреями. В 2010-м году 53% американских евреев работали на позициях, связанных с профессиональным интеллектуальным трудом, что на 33% выше, чем другие белые американцы. Наконец, евреи, составляющие всего 2% американского населения, занимают 21% мест в университетах Лиги Плюща и получили 51% Пулитцеровских премии за non fiction литературу


• Автор видит две основные причины такого успеха евреев. Во-первых, это природа их религии. Евреев ещё Мухаммед называл людьми книг. Религиозные учения евреев – это огромное количество текстов, которые они читают с малых лет. Неудивительно что с этим чтением, которые суммирует знания и идеи всех поколений, еврейские дети вырастают очень умными и развитыми. Вторая причина – выключение евреев из привилегированных слоев на протяжении большей части истории. Не имея доступа к степеням, званиям, высоким должностным позициям, у них было больше времени на изучение альтернативных областей знаний и практик. Пока представители титульных наций изучали базовые дисциплины, необходимые, чтобы занять государственные должности, еврейские молодые люди делали бизнес, изучали науку, часто продираясь сквозь преграды, в результате чего othering от противного сделало их сильнее. По выражению одного из авторов, евреи – как будто люди с более короткими руками, потому что должны грести в два раза быстрее других.


• Другим революционным направлением меритократии выступает женское движение, то есть высвобождение потенциала женщин, их активное вовлечение в деловую жизнь. А ведь сегодня спрос работодателей на женскую рабочую силу, пожалуй, даже выше, чем на мужскую: согласно данным американского бюро статистики, женщины составляют больше двух третей работников в 10 из 15 категорий рабочих мест. И тенденция продолжает нарастать


• 1956-м году 40% американских женщин получали образование в педагогической сфере и только 2% – в бизнесе и в управлении. Сегодня цифры радикально иные: 12% в первом случае 50% во втором


• Вместе с тем, проникновение женщин в ряды управленцев пока более скромные. Лишь 2% руководителей компаний, входящих в fortune 500, женщины


• Все бы хорошо, но начиная с шестидесятых годов, меритократия становится объектом критики со стороны учёных. Прежде всего, в связи с тем, что пробившиеся в элиту получают гораздо лучший доступ к образованию и материальным ресурсам, необходимым для воспроизведения элиты. Все замыкается внутри, и новые волны способных людей просто не выходят на новый уровень, поскольку уже не имеют доступа к образованию, которое становится для них дорогим. В свою очередь, элита утверждается во мнении, что она относится к высшей категории общества именно из-за своих умственных и других способностей, а остальная часть населения, менее удачная, утверждается в мнении, что они проиграли в справедливой борьбе за место под солнцем.


• Таким образом, меритократия оборачивается новой формой несправедливости. Аристократы по наследству заменяются аристократами по способностям, которые могли быть приобретены только в связи с тем же наследством.


• В каких-то моментах автор идёт ещё дальше: высокий уровень IQ – это тоже результат наследования, подобно результату наследования имущества. И если не вмешиваться в складывающееся таким образом распределение благ в обществе – то высокообразованные быстро консолидируют все основные активы, передавая их своим детям, даже если не только напрямую, но и путем предоставления доступа к элитному образованию и элитных рабочих мест


• Одним из решений этого складывающегося естественным образом расслоения, но от своей естественности не менее опасного, автор видит введение прогрессивного налогообложения - когда по мере роста дохода увеличивается и процентная ставка. Обзоре книги Томаса Пиккети Капитал 21 века, приведенного на этом сайте, об этом написано более подробно


• Интересное наблюдение, приведённое в книге, относится к развитию детей в семьях с низким доходом и семьях со средним и высоким доходом. В первом случае родители немногословны при общении с детьми, обсуждают скорее бытовые вопросы и не склонны говорить с ними о каких то абстрактных и отвлеченных понятия. У детей формируется такой же язык, который остаётся с ними на всю их жизнь. В семьях со средним и высоким доходом, в свою очередь, ещё можно услышать обсуждение концепции, идей, более многостороннюю речь. Этот язык наследуется их детьми. Далее язык, напрямую влияющий на категориальный аппарат, который формируется у ребёнка, а затем у молодого человека или девушки – предопределяет сообщества, в котором они общаются. И далее уже сообщество выводит их на соответствующий уровень образования или занятости. А казалось бы, это просто разговор с детьми…


• Новая элита меритократия передаёт свои привилегии своим детям , отправляя их в элитные школы и переезжая в районы, где проживают такие же как они. В результате слои закрываются и формируют что то подобное кастам. До индийских каст ещё вроде далеко, но со скоростями сегодняшних изменений.. например, уже сегодня в 38 элитных колледжах США учиться больше студентов из 1 процента самых богатых семей, чем from the bottom 60 %. В свою очередь, средний заработок семей студентов Гарварда - 450000 долларов в год.


• Большая часть «новых богатых» происходит из IQ heavy сфер, таких как юридическая практика, финансы, технологии, не говоря об управлении. И если в середине прошлого века самые богатые люди посещали скачки, устраивали регаты, балы, играли в гольф, читали Cosmopolitan и Forbes, то сегодня они посещают WEF, смотрят выступления и выступают на TED, и читают the Economist, WSJ и бестселлеры FT, посещают благотворительные мероприятия. Новая элита вращается в этих сферах.

• Мы можем читать детям книжки про Золушку и принца, но в реальности

выпускники элитных школ женятся на выпускницах элитных школ, а молодые люди, окончившие средние учебные заведения, вступают в браки с такими же как они. Это создаёт ещё один импульс для «коконизации» элиты и ее отделения от остальных масс населения. А если говорить про цифры , то доля мужчин с университетским образованием, которые женились на женщинах с университетской степенью, удвоилась за последние 50 лет. Коконизация усиливается.


• Другая интересная статистика относится к темпам развития детей, рождённых в семьях с высоким и низким доходами. В первом случае к трём годам ребёнок имеет вакабуляр на 1116 слов, в то время как во втором - на 525. А к четырём годам число слов, которые в среднем слышат дети первой группы дома, доходит до 45 миллионов, в то время как второй - от 13 до 26 миллионов. Таким образом, уже с раннего детства у ребенка формируются разные способности к анализу информации, ее систематизации и выражению. В свою очередь, эти способности далее предопределяют его круг общения, его образование, его карьеру, его благосостояние. И то же самое - в отношении его детей.


• Еще одна закономерность найдена в отношении влияния дошкольного обучения на успеваемость ребёнка и на его развитие даже во взрослом возрасте. Дети, которые посещают дошкольную подготовку, в среднем на 8 месяцев обходят в своём развитии детей без этой базы. В свою очередь, Нобелевской лауреат Джеймс Хэкман доказал, что дошкольное образование может продолжать давать свои результаты в течение нескольких десятков лет жизни. Но даже в США на сегодня лишь 34 процента семей могут позволить себе это дорогостоящее «не обязательное» образование. Хорошо, что в России есть детские сады.


• А что с работодателями? К сожалению, они также следуют этому не вольно складывающемся тренду на сегментацию. Без элитного образования невозможно попасть к элитному работодателю. И дело даже не только в дипломе, а также в той самой «химии», которая начинает складываться у каждой престижной компании при приеме на работу. То, чем занимается соискатель в свободное время, что читает, какие мероприятия посещает, какие контакты имеет… все это имеет принципиальное значение для попадания в «лучшие дома».


• Достаточно известное motto, которое звучит как The rich get richer and the poor get poorer, проявляется и в динамике разводов. Доля детей, воспитываемых одинокой матерью, в США за последние 50 лет возросла с 10 процентов до 41. Главным образом, эти тенденции сконцентрированы в малообеспеченных слоях населения, где разводов больше, чем в обеспеченных. Среди обеспеченных граждан разводы, напротив, снизились - сейчас вероятность развода женщины с высшим образованием в течение десяти лет брака составляет 16,7 процентов, в то время как среди женщины без университетской степени - около 35 процентов - https://www.justgreatlawyers.com/legal-guides/divorce-statistics


• Равенство прав не означает равенства возможностей. Семьи темнокожих в США по прежнему имеют лишь 60 процентов дохода «белых». Примерно 30 процентов темнокожих детей растёт в бедности, что в три раза выше, чем среди белых. Каждый третий темнокожий мужчина , родившийся в 2001 году, побывает в тюрьме, в то время как для белых этот показатель - 1 из 17. Long way to go, как говорится. Вместе с тем, не все так плохо. Например, если в 1960 году доля темнокожих среди таких привилегированных профессий, как юристы и врачи, составлял около 5 процентов, то на сегодня это уже 40.


Автор книги заключает, что именно за Востоком, где меритократия поддерживается сильнее и ещё не дошла до уровня профанации, как Западе, будущее. Именно там (то есть и здесь, в России?) будут сделаны главные открытия, реализованы мощнейшие технологические прорывы, созданы самые влиятельные корпорации. Неужели все дело в экзаменах?)












291 views0 comments

Recent Posts

See All